Жанры книг

Проза. Страница 681

Сортировать как: по популярности

Архе - Дереш Любко
Архе
Роман, що складається з трьох історій, спочатку видається чимось божевільним, нелогічним і взагалі позбавленим здорового глузду. Але саме це божевілля і примушує перегортати сторінки одну за одною.
Музыкальный приворот. На волнах оригами - Джейн Анна
Музыкальный приворот. На волнах оригами
Сложно ли быть девушкой рок-музыканта? На что способны тысячи километров расстояния и редкие встречи? А многочисленные поклонники группы и старые отношения? И можно ли доверять тому, кто однажды играл с чужими чувствами? Все это и предстоит выяснить Катрине, девушке, которая полюбила Кея – музыканта, живущего в двух ипостасях. И которая не знает, что вскоре встретит таинственного поклонника, связанного с миром музыки. Что будет с ее чувствами, Катрина и не подозревает, но точно знает – любовь умеет менять. Осталось лишь увидеть это воочию…
Смерть лорда Байрона - Домбровский Юрий Осипович
Смерть лорда Байрона
Этюд - Керимзаде Фарман
Этюд
Когда я был факиром - Иванов Всеволод
Когда я был факиром
Мальвина Бретонская - Джером Клапка Джером
Мальвина Бретонская
Кресафт - Гончар Олесь
Кресафт
Честное слово - Метлицкая Мария
Честное слово
Герберт просыпается - Пресслер Мириам
Герберт просыпается
Рассказ из книги "На пороге надежды"
Наш бедный индивидуализм - Борхес Хорхе Луис
Наш бедный индивидуализм
Основой трехтомного собрания сочинений знаменитого аргентинского писателя Л.Х.Борхеса, классика ХХ века, послужили шесть сборников произведений мастера, часть его эссеистики, стихи из всех прижизненных сборников и микроновеллы – шедевры борхесовской прозы поздних лет.
В потемках - Чехов Антон Павлович
В потемках
Вакх Сидоров Чайкин, или Рассказ его о собственном своем житье-бытье, за первую половину жизни своей - Даль Владимир Иванович
Вакх Сидоров Чайкин, или Рассказ его о собственном своем житье-бытье, за первую половину жизни своей
Эта повесть также интересна прежде всего воспроизведением в ней различных чисто русских типов. Некоторые из них лишь намечены, характеристики их едва очерчены, но эти типы выхвачены писателем из самой толщи русской жизни и потому волнуют и привлекают. Это и характерный для 40-х годов разночинец Вакх Сидоров Чайкин, и самодур, шут и «великодушный» помещик Иван Яковлевич Шелоумов, который считал, что розгами крестьян бить – самое святое дело; есть в повести и герой, напоминающий гоголевского помещика Костанжогло, и даже проходимец, торгующий мертвыми душами.