Жанры книг

Проза. Страница 72

Сортировать как: по популярности

Перекресток - Слепухин Юрий Григорьевич
Перекресток
В известном романе «Перекресток» описываются события, происходящие в канун Великой Отечественной войны.
Королева в услужении - Лофтс Нора
Королева в услужении
Альенора, герцогиня Аквитанская, — одна из блистательнейших женщин Средневековья. Ей выпал жребий быть супругой двух королей, матерью Ричарда Львиное Сердце; во время второго крестового похода она вела отряд доблестных рыцарей Аквитании и Пуату, участвовала и в третьем походе. Альенора была своенравна, хороша собой, имела множество поклонников — сделало ли это ее счастливой?.. Роман Норы Лофтс «Королева в услужении» — это история любви и несостоявшейся мечты. В нем есть место дворцовым таинствам и любовным интригам, предательствам и высоким чувствам.
На южном фронте без перемен - Яковенко Павел Владимирович
На южном фронте без перемен
Первомайский, 1996 год. В чистом поле располагается минометная батарея, которая обстреливает занятый боевиками поселок. Командир взвода готовится к штурму. Бойцы страшно измождены, но находят в себе силы, чтобы не терять бдительность и следить за врагом. После операции в Первомайском их ждет перевод в Чечню, в самое пекло бойни, навстречу новым невзгодам и лишениям… Все эти события описаны с такой убедительной достоверностью, так пронзительно, что читатель невольно чувствует себя героем настоящей окопной войны.
Жаркие перегоны - Барабашов Валерий Михайлович
Жаркие перегоны
Стрелец. Сборник № 2 - Кузмин Михаил Алексеевич
Стрелец. Сборник № 2
Дорога й ластівка - Хвильовий Микола Григорович
Дорога й ластівка
«Дорога й ластівка» - це блискуча імпресіоністична новелка. Хоч вона й писалася ще у відносно благополучні часи (початок 20-х рр.), але пророчо передала внутрішній стан митця, що відчуватиметься дедалі виразніше, - стан приреченості, пастки. У вітряну, дощову ніч заблудна ластівка знайшла притулок у теплій, яскраво освітленій кімнаті. Але це її не заспокоїло, а навпаки, тільки налякало. І лампа на столі, і пухнастий килим, і книги в настінних шафах - усе це таке чуже для неї. Вона хоче вирватись із цієї золотої кліті, але тільки боляче б'ється грудьми об перешкоди і зрештою забиває себе до смерті. Доля письменника, як і багатьох його побратимів по перу, напрочуд схожа на долю цієї ластівки. Вони за всяку ціну прагнули вивести рідну літературу на новий широкий шлях, прагнули вирвати її з «золотої кліті», яку готувало для неї партійне чиновництво, на волю. Але тільки розбили собі груди об непорушну твердь тоталітарного пресу.
Обратной дороги нет - Болгарин Игорь Яковлевич
Обратной дороги нет
Повесть В. Смирнова и И. Болгарина рассказывает о героических делах советских партизан в годы Великой Отечественной войны.
И корабли штурмовали Берлин - Григорьев Виссарион Виссарионович
И корабли штурмовали Берлин
Это книга о кораблях и моряках, которые плавали и воевали не в океанских просторах, а на больших и малых реках, содействуя и в обороне и в наступлении сухопутным войскам. Основная часть книги посвящена действиям Днепровской военной флотилии, дошедшей до Берлина. Под огнем врага корабли этой флотилии помогли частям 5-й ударной армии с ходу форсировать Шпрее в черте города. О том, как сражались моряки, и рассказывает автор — в то время командующий Краснознаменной Днепровской флотилией. Рассчитана на массового читателя.
Дом доктора Ди - Акройд Питер
Дом доктора Ди
«Дом доктора Ди» – роман, в котором причудливо переплелись реальность и вымысел, история и современность. 29-летний Мэтью наследует старинный дом, и замечает, что нечто странное происходит в нем... Он узнает, что некогда дом принадлежал знаменитому алхимику и чернокнижнику XVI века – доктору Джону Ди... Всю жизнь тот мечтал создать гомункулуса – и даже составил рецепт. Рецепт этот, известный как «Рецепт доктора Ди» , Питер Акройд приводит в своей книге. Но избавим читателей от подробностей – лишь те, что сильны духом, осилят путь знания до конца...Образ центрального героя, средневекового ученого и мистика, знатока оккультных наук доктора Ди, воссоздан автором на основе действительных документов и расцвечен его богатой фантазией. Блестяще реконструированная атмосфера эпохи придает книге неповторимый колорит.
Месопотамія - Жадан Сергій
Месопотамія
«Месопотамія» за змістовним наповненням — це дев'ять прозових історій і тридцять віршів-уточнень. Усі тексти цієї книги — про одне середовище, герої переходять з історії в історію, а потім — у вірші. Філософські відступи, фантастичні образи, вишукані метафори й специфічний гумор — тут є все, що так приваблює у творах Сергія Жадана. [Обережно! Ненормативна лексика!] * * * Історії Вавилона, переказані для тих, хто цікавиться питаннями любові й смерті. Життя міста, що лежить поміж рік, біографії персонажів, які б’ються за своє право бути почутими, хроніка вуличних сутичок і щоденних пристрастей. Освідчення й зради, втечі й повернення, ніжність і жорстокість. Найліричніша книга автора. * * * Що таке Месопотамія — це кожен розуміє по-своєму. Наприклад, вона може бути осілим між двома замуленими річками пагорбом Харкова. Або будь-яким іншим межиріччям. Із притаманним йому межимов’ям, межинультур’ям, межидержав’ям та рештою трагікомічних випробувань, що підстерігають нас межи народженням і смертю. Одне слово, не схоже, щоб за останні 5—6 тисяч років щось на цьому світі суттєво змінилося. Нам залишається повторювати все ті ж месопотамські подвиги і гріхи. Жадану залишається складати про них вірші і прозу. Бо хто ще між Доном і Сяном уміє так щемно писати про те, що стається з усіма скрізь і завжди? Олександр Бойченко, літературний критик, публіцист, перекладач
Дорога - Маринина Александра Борисовна
Дорога
Все не так просто, не так ладно в семейной жизни Родислава и Любы Романовых, начинавшейся столь счастливо. Какой бы идиллической ни казалась их семья, тайные трещины и скрытые изъяны неумолимо подтачивают ее основы. И Любе, и уж тем более Родиславу есть за что упрекнуть себя, в чем горько покаяться, над чем подумать бессонными ночами. И с детьми начинаются проблемы, особенно с сыном. То обстоятельство, что фактически по их вине в тюрьме сидит невиновный человек, тяжким грузом лежит на совести Романовых. Так дальше жить нельзя – эта угловатая, колючая, некомфортная истина становится все очевидней. Но Родислав и Люба даже не подозревают, как близки к катастрофе, какая тонкая грань отделяет супругов от того момента, когда все внезапно вскроется и жизнь покатится по совершенно непредсказуемому пути…