Жанры книг

Современная проза. Страница 377

Сортировать как: по популярности

Мальчики и другие - Гаричев Дмитрий Николаевич
Мальчики и другие
Дмитрию Гаричеву удалось найти особую выразительность для описания жизненного мира героев, чья юность пришлась на 1990–2010‐е годы. Они существуют словно бы внутри многомерной болезненной фантазии, которая, однако, оказывается менее жестокой, чем проступающая реальность сегодняшнего пустого времени. Открывающая книгу повесть «Мальчики» рассказывает о своеобразном философском эксперименте – странной «республике», находящейся в состоянии вечной симулятивной войны, за которой, конечно, угадываются реальные военные действия. Следуя за героем, музыкантом Никитой, читатель наблюдает, как историко-политическая игра, порожденная воображением интеллектуалов, приводит к жестокой развязке. В книгу также вошел продолжающий линию повести цикл «Сказки для мертвых детей» и несколько отдельных рассказов, чьих героев объединяет страх перед непонятным для них миром. Его воплощением становятся легко угадываемые подмосковные топосы, выполняющие роль чистилища, где выбор между сном и явью, добром и злом, прошлым и настоящим почти невозможен. Дмитрий Гаричев – поэт, прозаик, лауреат премии Андрея Белого и премии «Московский счет», автор книги «Lakinsk Project», вышедшей в «НЛО».
Дом в Мансуровском - Метлицкая Мария
Дом в Мансуровском
Рассказы о любви (сборник) - Петрушевская Людмила Стефановна
Рассказы о любви (сборник)
Эта книга Людмилы Петрушевской посвящена любви – вернее, она посвящена разным случаям любви, начиная от почти детской, безнадежной и вечной, и заканчивая любовью умной и мудрой, готовой ко всему, прощающей и спасительной. Писательница, судя по всему, знает множество историй, и иногда это почти что сказки со счастливым концом, а иногда они похожи на старые баллады, в которых бессмертной остается только любовь.
Слоновья память - Лобу Антунеш Антониу
Слоновья память
Главный герой дебютного романа Антониу Лобу Антунеша — лиссабонский психиатр, осознающий, что его настоящее призвание — писательство. В течение одного дня он вспоминает детство, юность, войну в Анголе, жизнь и разрыв с любимой женщиной. Это во многом автобиографический живой, откровенный рассказ, в котором герой пытается найти себя настоящего на фоне экзистенциального кризиса в блужданиях по ночному Лиссабону, портрет которого навсегда остается в памяти. «Слоновья память» ознаменовала собой появление нового автора мировой величины со своим оригинальным стилем, который предлагает читателю исключительный, ни на что не похожий опыт. Антониу Лобу Антунеш (р. 1942) — современный португальский писатель, автор тридцати романов, один из главных голосов португальской литературы конца XX — начала XXI века. Лауреат множества литературных премий, среди которых Европейская литературная премия (2000), премия Камоэнса (2007), премия Хуана Рульфо (2008). С 1990 несколько раз выдвигался на Нобелевскую премию.
Каждому свое • Американская тетушка - Шаша Леонардо
Каждому свое • Американская тетушка
Опубликовано в журнале "Иностранная литература" № 1, 1967 Из рубрики "Авторы этого номера" ...В этом номере мы публикуем повести писателя «Каждому свое» («A ciascuno il suo», 1965) и «Американская тетушка», взятую из сборника «Сицилийские родичи» («Gli zii di Sicilia», I960).
Сгинь! - Реньжина Настасья
Сгинь!
От автора бестселлера «Бабушка сказала сидеть тихо». В глуши северных лесов прячется от мира охотничья избушка. В ней зимуют мужчина и женщина, у которых не осталось ни прошлого, ни будущего. А по весне возле избушки неожиданно появляется некто третий… Незваный гость бесцеремонно вторгается в незатейливый быт героев, опрокидывает устои, на которых держится их мир, вытаскивает давно позабытые скелеты из самых глухих шкафов. И, главное, от нового жильца никак не избавиться, не выпроводить вон и даже не устранить физически – потому что он мертв.
Сральня - Зякин Валерий
Сральня
Прекрасная история о приключениях снеговика Мефодия и бегемотов. Слава Игорю!
Такая вот любовь - Ньюберри Мартин Синтия
Такая вот любовь
Впервые за долгие годы брака Анджелина остается дома одна: муж целый день пропадает на работе, а дочери разъехались по колледжам. Наконец-то Анджелина чувствует себя по-настоящему счастливой, ведь она всегда мечтала побыть наедине с собой, только мужу об этом не говорила. Как же сильно ее разочарование, когда супруг Уилл внезапно объявляет, что выходит на пенсию – ему-то всегда хотелось больше времени проводить дома с женой, только ей он никогда не говорил об этом… Взаимное непонимание нарастает, и кипучее напряжение между супругами в буквальном смысле выкидывает Анджелину за дверь. Что преподнесет ей мир, которого она практически не знает? И куда заведет ее новая дорога судьбы?
Русская служба - Зиник Зиновий Ефимович
Русская служба
Мечта увидеть лица легендарных комментаторов зарубежного радио, чьими голосами, пробивавшимися сквозь глушилки, герой «Русской службы» заслушивался в Москве, приводит этого мелкого советского служащего в коридоры Иновещания в Лондоне. Но лица не всегда соответствуют голосам, а его уникальный дар исправления орфографических ошибок в министерских докладах никому не нужен для работы в эфире. Изданный сорок лет назад в Париже и сериализованный на английском и французском радио, роман Зиновия Зиника уже давно стал классикой эпохи холодной войны с ее готическими атрибутами — железным занавесом, эмигрантскими склоками и отравленными зонтиками. Но, как указывает автор, русская история не стоит на месте: она повторяется, снова и снова. Зиновий Зиник — прозаик и эссеист. Эмигрировал из Советского Союза в 1975 году. С 1976 года живет в Великобритании. Автор книг «Ящик оргона» (2017), «Ермолка под тюрбаном» (2018), «Нога моего отца и другие реликвии» (2020) а также вышедших в НЛО сборников «Эмиграция как литературный прием» (2011), «Третий Иерусалим» (2013) и «Нет причины для тревоги» (2022).
Москва, Адонай! - Леонтьев Артемий
Москва, Адонай!
«Москва, Адонай!» – беспрецедентный художественный эксперимент над самой реальностью и художественной литературой; деконструкция жанра романа, в основе которой – полное выворачивание мира и утверждение новых законов литературной эстетики. Герои вслед за читателями проходят путь расщепления реальности в попытке дойти до самой ее сути. На страницах романа плеяда достаточно заурядных, на первый взгляд, персонажей, архетипичных московских жителей, играющих отведенную им роль в современной Москве со всеми ее вызовами, грехами и искушениями. Однако их существование с каждой страницей выходит за рамки нормальности, попадая в новую, мифологически-поэтическую реальность, в которой привычное всем МЦК становится символом вечного вращения, режиссеры – демиургами, а повседневность – современным эпосом… Очень непредсказуемая проза, реализм, который сначала завлекает в себя, а затем начинает взрываться и уходить из-под ног, как бы насмехаться над читателем.
90-е: Шоу должно продолжаться – 8 - Фишер Саша
90-е: Шоу должно продолжаться – 8
А как вообще песня становится хитом?Что именно стоит за фразой "проснулся знаменитым"?Где-то есть вообще настоящий учебник по успеху, и что делать, если он на тебя внезапно свалился, а ты к нему оказался не готов?Ха. Ну да. Конечно. Именно внезапно все и случается, правда-правда...
Самотоп из нового мира (СИ) - Воронков Александр Владимирович
Самотоп из нового мира (СИ)
Там - мир глобализации и либерастии, мир, где судьба простого человека меньше всего зависит от него самого. Стоит оступиться, и ты окажешься в шестерёнках государственной машины, ломающей все мечты и планы и корёжащей судьбы. Перемолотый и выброшенный на обочину жизни, ты оказываешься неприкасаемым парией-изгоем, с мизерным шансом вернуться к нормальному бытию. И некуда деваться... Нет, есть! Есть другой, новый мир, мир молодой, бурно растущий и развивающийся. Мир, где на подлость отвечают пулей, а люди уравнены в правах не только бумажными декларациями, но и кобурой на поясе. Здесь каждый получает шанс начать жизнь с чистого листа...