Сериия книг "Царевич #1"

Трагической судьбой царевича Алексея интересовались как современники, так и потомки. Каково себя чувствовать нелюбимым сыном царя Петра, что назвал тебя «уд гангренный», и сказал, что лучше «чужой добрый, чем свой непотребный». Конфликт всесильного отца со строптивым наследником зашел слишком далеко — бегство за границу и желание завладеть троном с помощью иностранных штыков однозначно является изменой. А за нее положена смерть, которой не избежать — поддавшись на уговоры и угрозы, царевич едет обратно в Россию. А там уже ожидает розыск с дыбой, скорый суд отца и казнь. Однако загадочное происшествие в дороге нарушило предопределенный ход истории…

Страшно оказаться в чужом для себя времени, и в роли предназначенного на заклание агнца. Повторить трагическую судьбу царевича, казненного по приказу собственного отца, царя Петра Алексеевича, как-то не хочется, но иного выбора уже нет. Противостояние между сыном и отцом зашло слишком далеко, и очень много тех, кто желает им смерти. Остаться в живых может только один из них – и выбор страшен. Или принести себя в жертву величию создаваемой империи, либо поднять руку на отца, и тем дать России иное будущее…

Продолжение трилогии «Царевич» (романы - «Обреченный на смерть», «Сын на отца», «Царская доля»). Год 1718-й от Рождества Христова. В истории России появился новый самодержец –Алексей II Петрович. Все дело в том, что монархом стал наш современник, не пожелавший быть казненным властным «родителем» Петром Алексеевичем, и решивший побороться с ним за власть. Противников петровских преобразований собралось множество, особенно в Москве, и, получив «знамя», бояре свергли царя Петра с престола. В ходе ожесточенной междоусобной войны, которая, кстати, никогда не затихала за весь период Северной войны, сторонники «старины» взяли вверх, изгнав Петра I с его приверженцами. Однако царь-реформатор нашел себе место среди европейских монархов, и пусть он уже никогда не станет первым всероссийским императором, но корону с владениями себе приобретет в жестокой борьбе. История может пойти совсем по иному направлению, ведь в «политическом марьяже» ставки стали предельно высокими…