Сериия книг "Как я провел лето #1"

1950 год. Из будущего — в сталинский СССР, в тело фронтовика-художника. Забытое имя, потерянная жизнь, лишь шрамы да кисти в руках. Выживание — его новая реальность, где каждый мазок — борьба за существование.

Май 1970 года. Москва пахнет цветущей сиренью, свежим асфальтом и предчувствием больших перемен. Но для Альфонсо Исаевича Змиенко этот мир — лишь декорация к фильму, в который он попал без сценария. В прошлой жизни он был хирургом-виртуозом из XXI века, привыкшим к лазерам, МРТ и циничным счетам за услуги. Теперь он — зав. отделением в обычной советской «тройке». В его арсенале: тупые скальпели, вечно нетрезвый анестезиолог и дефицит всего — от антибиотиков до нормальных перчаток. Но у Альфонсо есть свои козыри. Фиалковые глаза, сводящие с ума половину женского населения Москвы. Харизма дипломатического сынка, позволяющая открывать двери в кабинеты Горкома ногами. И знания из будущего, которые в 1970-м кажутся либо чудом, либо идеологической диверсией. Он — бабник, трикстер и циник, который готов обменять партийную совесть на пачку «Винстона». Но когда на операционном столе оказывается «безнадежный» пациент, из-под маски светского льва проглядывает настоящий рыцарь.

Май 1970 года. Москва пахнет цветущей сиренью, свежим асфальтом и предчувствием больших перемен. Но для Альфонсо Исаевича Змиенко этот мир — лишь декорация к фильму, в который он попал без сценария. В прошлой жизни он был хирургом-виртуозом из XXI века, привыкшим к лазерам, МРТ и циничным счетам за услуги. Теперь он — зав. отделением в обычной советской «тройке». В его арсенале: тупые скальпели, вечно нетрезвый анестезиолог и дефицит всего — от антибиотиков до нормальных перчаток. Но у Альфонсо есть свои козыри. Фиалковые глаза, сводящие с ума половину женского населения Москвы. Харизма дипломатического сынка, позволяющая открывать двери в кабинеты Горкома ногами. И знания из будущего, которые в 1970-м кажутся либо чудом, либо идеологической диверсией. Он — бабник, трикстер и циник, который готов обменять партийную совесть на пачку «Винстона». Но когда на операционном столе оказывается «безнадежный» пациент, из-под маски светского льва проглядывает настоящий рыцарь.

Пройдя все мыслимые горячие точки, я честно поймал свою пулю и приготовился к вечному дембелю. Но вместо заслуженного покоя очнулся в душных лаосских джунглях в самый разгар Холодной войны. В меню: тучи москитов, непроходимые болота, местные партизаны и наглые спецы из ЦРУ.